# Криминальный Мир # - Малолетка
Четверг, 08.12.2016, 17:02

   # Криминальный Мир #

Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Поиск
Календарь
«  Декабрь 2016  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Что трудным детям для ума дает российская тюрьма

    Благодаря неустанной заботе партий и правительства рождаемость в стране начала повышаться, и это не может нас не... тревожить, ибо карма российская такова, что зачастую добрый почин у нас чреват худыми итогами. Поскольку с призывом о росте рождаемости речь о росте культуры и воспитания не идет, то несложно предугадать: уже через 14-15 лет мест в колониях для подростков будет очень недоставать. Да и ныне там непросторно.

    В городе Колпино под Санкт-Петербургом колония для малолетних преступников, где отбывают срока свыше двухсот человек от 14 до 21 года. И в этом же городе училище закрытого типа для малолетних... «Только не называйте их в газете преступниками!» - просило меня руководство училища. Потому скажем - для малолетних правонарушителей. Содержатся здесь около ста пацанов от 14 до 18 лет по разным статьям, включая убийства.

    Начнем, пожалуй, с училища как с самой легкой ступени наказания неволей. Число воспитателей, учителей, психологов, медиков, поваров и т. д. в училище в полтора раза больше, чем самих осужденных. Подобных училищ в России - двадцать. Их стали строить еще в середине 80-х годов по западному подобию и под давлением (как обычно) западной пропаганды, кричавшей тогда, что советские тюрьмы даже для деток страшнее Освенцима! Ныне эта образцово-показательная двадцатка уж далеко не покрывает «спроса», и большинство малолетних осужденных отправляют в места куда более жесткие. Колпинское училище - одно из лучших в двадцатке, так как рядом Европа, задолбавшая всех визитерами, миссиями, комиссиями по правам и свободам. Потому сюда даже бабушек-сторожих на ворота подбирают культурных и добрых, которые вам не крикнут: «Ей! Куда прешь, козел?! Не видишь, чаво написано?!», а вежливо спросят сначала на русском: «Извините, вы что-то ищете здесь, господин?» У коих вместо озлобленной немецкой овчарки на цепи - жирный, ленивый российский кот на коленях. Мужики-воспитатели (надзиратели в обычной тюрьме) любят оперу и могут сразу назвать столицу хоть Бангладеш, хоть даже Бенина. По выходным воспитатели возят наиболее надежных пацанов в Эрмитаж, в Русский музей, где, избегая обнаженной натуры, вдохновенно рассказывают им о прочих пристойных полотнах. По будням у пацанов школа и обучение ремеслу. Вечерами футбол и просмотр телевизора за исключением программ порнографического, разлагающего содержания, включая «Аншлаг» с прибаутками «ниже пояса».

    В спальне каждого отряда стоит кровать воспитателя, который проводит здесь ночь в чуткой дремоте для пресечения ночных происшествий.

    - Подросток не должен отсюда выйти закаленным зеком, озлобленным, мстительным, - объясняют директор училища Валерий Миронов и его коллеги.

    - А как же сам факт наказаний?

    - Ребенок ни в коем своем проступке не может быть виноват. Во всем виноваты взрослые.

    - И дети-убийцы не виноваты?!

    - Нет, только взрослые! - настаивают педагоги.
    У семи нянек дитя без призора
    Воспитатели и педагоги в спальнях училища проводят каждую ночь.

    Соглашусь с педагогами: девять осужденных из десяти - это пацаны из пьяных, опустившихся семей. В то же время в России в каждом районе, в каждой дыре огромные штаты дармоедов от разных структур, призванные работать с голодными, беспризорными детьми. Но ведь мало кто работает! (Как и со взрослыми деградатами.) Куда податься голодному беспризорнику, как не на разбой, воровство? Беспризорный малолетка - лучший пособник для матерых преступников. Его чуток обучи, он и пролезет куда надо, и накажут его не шибко. Так попадают проблемные дети - вместо всяких там обленившихся комитетов по делам молодежи, несовершеннолетних, материнства и детства и т. п., и т. п. - в руки рецидивистов. А уж после сюда. В училищном заточении, например, находится провинциальный пацан пятнадцати лет, у которого на счету десятки угнанных и куда-то сбытых машин. Что доказано по его отпечаткам в гаражах. Каких-то подельников у этого дитяти следствие не обнаружило... Выводы делайте сами.

    Убийства же - разговор особый. В Колпине по этой статье отбывает парень из очень даже приличной семьи. Мать с отцом воспитывали его жестко и праведно, стерегли от дурного влияния улицы за семью замками. Куда-то там в очередной раз не пустили, заперли крепко в комнате, сами отправились по делам. У подростка в тот день сдали нервы. Схватил со стены отцово ружье и пальнул во дверной замок. Он же не знал, что глуховатая бабушка приложила к замочной скважине ухо, дабы послушать, чего он там разорался...

    Когда пацана привезли в училище, он три месяца пребывал в ступоре. Тупо глядел в одну точку, вяло ел, на вопросы отвечал бормотанием. По мнению здешних психологов и психиатров, попади он такой, шокированный, в обычную колонию, над ним надругались бы в одночасье, поскольку против насилия в российских колониях никакого препятствия нет... Заключенные по природе неагрессивные обычно после насилия теряют всякую волю и, обретя свободу, становятся бомжами. Видимо, оттого Россия, как никакая другая страна, переполнена бомжевским населением. Агрессивные же после этого начинают мстить всему человечеству, превращаясь в маньяков.

    Другой здешний убийца в четырнадцать лет опять же порешил бабушку кухонным ножом. Достала нравоучениями! Парень тоже из приличной трезвой семьи... Суд учел слишком пылкий характер мальчика и приговорил к трем годам училища.

    Третий из той когорты, будучи подростком трущоб, убил с товарищами своего сверстника только за то, что тот был сыном богатых родителей и много имел. На суде четырнадцатилетний убийца смеялся над жертвой и над содеянным. Но, сжалившись над трудным детством подростка, суд опять же таки ограничился трехлеткой училища... «Почему одним все, а другим ничего?!» - это самый больной идейный вопрос в стенах училища. По рассказам преподавателей, когда разговор заходит о социальном различии, у иных глаза наливаются кровью: «Я их, гадов, всю жизнь душить буду!» В этом плане за свои жизни педагоги училища не опасаются, потому как сами они имеют от двух до четырех тысяч рублей в месяц. Чтобы выжить, работают за двоих-троих. Работа, понятно, адова.

    - Только письма порой так выматывают! - сетуют воспитатели.

    Все письма положено проверять, как с воли, так и на волю. И далеко не каждое следует отдавать воспитаннику. Если, например, сестра младшая пишет: «Мать опять запила, в доме кончилась последняя картошка, возвращайся скорее...»

    Матерись, не матерись - погана беспризорных «жись».

    Письма на волю часто грешат матерщиной и презрением к орфографии. Их требуют переписывать.
    Дорога к луже

    Всякому новичку в Колпинском спецучилище предлагают нарисовать дом, дерево, человека. По этим рисункам читают его характер. Психолог Светлана Тихонова перебирает творения подопечных. Вот дом без дверей - человек закрытый. Береза с ободранной корой - парень нервный и вспыльчивый.

    Здесь дуб с дуплом - символ прогнившей, пробитой жизни. Тут человечек маленький, серенький - художник совсем не уверен в себе, запуган, слабохарактерен. А вот нечто странное: от дома тропинка, ведущая к... луже. Что бы это значило? Наука пока объяснить не может... но явно, что ничего хорошего. Работа психологов - изучать характеры и давать советы учителям. За что учителя, понятно, тихо ненавидят психологов, считая их дармоедами. Лучше б их деньги учителям, которые эти характеры ой как знают! Россия все ж таки не Европа! Там психолог может быть и полезен, потому как после училища он передаст подопечного другим психологам, и те будут нянькаться с парнем аж до 25 лет! Подберут ему и работу, и хобби, и любимое животное, и даже подружку. А что нашего обалдуя ждет на свободе: безработица, телевизор, паленая водка, стервозная разведенка и прочие гадости жизни.
    Не скучайте, я скоро вернусь

    Учителя показали недавнее письмо от бывшего ученика. Приведу его как есть, со всеми ошибками, но с небольшим сокращением.

    «Здравствуйте, Ирина Яковлевна!

    Доехал хорошо. Сейчас ищу себе работу может быть найду какую-нибудь подходящую работу, а пока не найду буду сидеть дома и помогать сестре потому-что я живу у нее.

    Мне так тяжело без училища потому что я привык там это я понял тогда когда ехал на вокзал если бы меня посодили туда на всю жизнь то я лучше посидел бы в училище чем на воле. Но я знаю если бы я бы там был все бы только мучались потому что я создаю только проблемы но я знаю что вы все относились бы комне всёравно хорошо. Я даже только сейчас осознал что я там себя плохо вёл посылал всех ругался матом иза это я хочу извениться перед вами за всё что я вам причинил а там решайте сами извенять меня или нет. А нуладно что-то я совсем раскис потому что только сейчас стал задумываться потому что сейчас мне никто не поможет кроме моей сестры Саши. На ПМПК говорили что моя мама работает но это не так там все наврали.

    Ирина Яковлевна передайте пожалуйста привет Вове Мирову, Паше Рузингу (и т. д., и т. д.) и Светлане Владимировне.

    Больше чтото мне ничего нелезет в голову тогда буду заканчивать свое небольшое письмо.

    Досвидания ваш бывший и вредный ученик Марк.

    P.S. жду отвас ответа и нескучайте».

    Не сказать, что по Марку здесь шибко скучают. Парень отличался буйным характером, драчливостью и т. п. В училище он попал за грабежи. Из письма видно, что даже такой необузданный проникся к педагогам-поводырям. Теперь же без оных и под давлением безработицы парень, скорее всего, возьмется за старое. Если б в России умели просчитывать наперед, то обязали бы местные власти давать вот таким пацанам работу в первую очередь. Понятно, что ни главе поселка, ни местному олигарху такие работники не нужны. Но опять же, если считать, то выгоднее на них потратиться, пусть работают где-то садовниками, охранниками навоза... чем будут охотиться с железной трубой на жен олигархов и чиновников, привлеченные их честно нажитыми бриллиантами.
    И чего им тут не живется?

    Училищные психологи зорко следят за настроениями пацанов. Если кому взгрустнулось - приводят в комнату психологической разгрузки. Здесь в полумраке на мягких креслах под журчание фонтана, щебетание птах и звуки «Лунной сонаты» обаятельные женщины погружают ребяток в сон и ласковым голосом проводят тренинги.

    Питание четырехразовое, усиленное, с фруктами и десертом. Только что вино на обед не дают. Но даже в этом «зазаборном раю» ЧП неизбежны.

    В дни моего приезда в училище случился побег. Здесь вообще побеги не редкость. Пацанов отделяет от воли лишь бетонный забор в два метра и без колючей проволоки. На делах воровских они не такие преграды брали. Первый, второй побеги считаются самоволками и караются выговорами, лишениями походов в музей. Собираются комиссии, ищут причины, побудившие пацана к побегу. Ежели парень и далее продолжает сбегать, его переводят в колонию, откуда не убежишь. Последнего беглеца отыскали через три дня где-то на окраине Питера в тяжком наркотическом опьянении с ножевой раной, но живого. А есть неприятности и похуже. Если верить злым языкам, то изнасилования в этом училище бывают периодически, но в прошлом году официально оформлен лишь один случай.

    - Как такое могло случиться при круглосуточном наблюдении?!

    - Во время генеральной уборки в закутке, - пояснили старшие педагоги, - пока воспитатель разводил свой отряд по этажам, его и... тут уж за всеми сразу не доглядишь...

    Младшие педагоги дополнили:

    - Паренька запугали и издевались пятеро суток, пока воспитатель отходил по делам или в туалет. А потом он пожаловался. Осудили двоих на четыре года и отправили в колонию, хотя мерзавцев было куда больше.

    - Почему бы повсюду не установить видеокамеры, микрофоны, даже и в туалетах, чтобы пресечь подобное? - задаю вопрос.

    - Где взять деньги? - спрашивают, в свою очередь, руководители. - Это ж только на реалити-шоу «За стеклом» можно на подобное деньги найти...

    Приехали! Значит, вся эта дорогая система училищного воспитания с огромным штатом специалистов годится лишь только для пуска пыли в глаза европейским комиссиям! О какой там реабилитации может идти разговор, если даже под приглядом семи нянек пацан всегда под угрозой насилия, в лучшем случае - избиения?! С него спрашивают за успеваемость, его везут в Эрмитаж приобщить к духовному, а мысли его все о том - как тут выстоять?!

    - Да у нас-то редчайший случай! - говорят в сердцах педагоги. - Знали бы вы, что творится в казанском и прочих училищах! А в колониях - вообще!...

    Что ж, посмотрим и на колонию...
    Часть вторая
    Колпинская колония

    КВН в колонии - повод для иронии.

    С утра у тюремных ворот столпилось до сотни народу. В Колпинской воспитательной колонии для малолетних осужденных родительский день по случаю наступления Нового года. Родителей запускают медленно, изымая сумки, телефоны, деньги и прочие запретные вещи. В толпе, несмотря на раннее утро, витают густые пары алкоголя. Такие уж тут родители, в большинстве мамы, прокуренные да изрядно потоптанные грубым сапогом жизни. Но есть и приличные, со здоровым цветом лица.

    Ко мне подошла скромная, лет сорока женщина с видом новгородской музейной работницы и спросила:

    - Вы не знаете, сухофрукты им можно?

    Пожал плечами.

    - Вы тоже сюда в первый раз?

    Мне стало безумно стыдно - она приняла меня за отца осужденного... Я объяснился. Она отчего-то вдруг стала всхлипывать и показала письмо:

    «Дорогая мамочка, мне очень плохо без тебя. Прости что не жалел тебя. Я не понимал как тебе было со мной трудно. Мамочка я каждый день вижу тебя во сне. Я очень-очень скучаю! Мамочка, я очень боюсь что ты разлюбила меня. Потому что меня не за что любить. Я теперь понял какой я был дурак. Что не слушал тебя и что плохо вел. А ты все мне правильно говорила. Я слишком много зла причинил тебе. И наделал много глупостей в жизни. И испортил свою жизнь. Мамочка я очень сильно тебя люблю! Хоть я плохой сын, я мучил тебя, пожалуйста не разлюби меня. Я никогда больше не сделаю тебе плохого. Ты столько пережила из-за меня дорогая мама. Я буду помогать тебе все убирать и никогда не забуду про тебя даже если ты станешь старенькая. Мне очень плохо и безвыходно. Больше всего в мире я хочу домой. Хочу увидеть тебя и наш дом, и тетю Лену, хочу помогать тебе мамочка самая любимая на свете!»

    История пребанальная - сыну 17 лет. Групповая пьяная драка с легкими телесными повреждениями и отъемом сотового телефона. Итог - три с

    Начальник колонии Алексей Герасимов в кругу отличников заведения.

    половиной года тюрьмы.

    Начальник колонии Алексей Герасимов в кругу отличников заведения.

    Воспитательная колония резко отличается от училища. Повторим: если в училище отбывают пацаны возрастом от 14 до 18 лет, то в колонии - от 14 до 21 года. Здесь высокий двойной забор с «колючкой», а меж заборов мечутся неласковые овчарки. Сбежать практически невозможно, и всякие нарушения здесь караются жестко - вплоть до помещения в штрафной изолятор. Кому-то из родителей объясняют, что сын их как раз в изоляторе и увидеть его нельзя. Родные не верят: «Наверное, избитый, как в прошлый раз?!»

    Наконец после четырехчасового досмотра родителей провели на зону и рассадили в здешнем клубе. После стали заводить отряды подростков в тюремных робах. Родные встречались довольно сдержанно, без громких всхлипов и цепких объятий. Начальник колонии полковник Алексей Герасимов произнес праздничную речь. Директриса тюремной школы назвала фамилии лучших, что окончили полугодие почти без троек. Особо отметила некого хорошиста Козлова и как-то странно оговорилась: «Но он, к сожалению, недавно от нас ушел...» Скромные девушки от благотворительных фондов вручили лучшим под хилые аплодисменты конфетно-пряничные наборы. После заняли сцену отрядные артисты со стихами и песнями собственного сочинения: «Мы все учиться здесь должны, ведь в жизни знанья так важны...» Затем вышел здоровый парень в юбке, платочке, с фальшивыми сиськами и объявил: «Мы начинаем КВН!» Тут начальник колонии предложил мне экскурс по учреждению, и мы отправились в общежития. Общежития - череда комнат, примыкающих к общему коридору, типа сталинской коммуналки. В комнатах человек на тридцать - двухъярусные кровати. На стенах иконы, горшки с цветами, на тумбочках часто портреты мам в самодельных рамках и плюшевые игрушки.
    По ночам тут бандитская вольница!

    В отличие от училища в комнатах здесь воспитатели не ночуют. Коридор на ночь закрывается крепкой решеткой, и пацаны вольны от всякого наблюдения.

    - Ночью явно случаются безобразия? - спрашиваю у начальника. Но Алексей Иванович подобное отрицает. Поясняет, что там за решеткой в начале коридора сидит ночной дежурный, и если он услышит какой-то крик, тут же вызовет наряд. Хотя Алексей Иванович ясно сам понимает, что вешает неопытному репортеру на уши лапшу. У зеков есть масса приемов, чтобы лишить временно человека голоса. Не буду их здесь описывать по понятным причинам. А иного несложно просто лишь запугать.

    - Но мне ваши ж сказали, что и в этой колонии есть заключенные, над коими надругались.

    - Это так, - соглашается начальник, - но они такими уж прибыли еще со следственных изоляторов.

    Начальник, понятно, себе не враг, как и всякий другой тюремный начальник. Если факт безобразий в его колонии огласится - он и его команда получат сверху по головам. Потому всякое происшествие в российских тюрьмах, колониях, изоляторах тщательно покрывается. И потому российские тюрьмы практически недоступны для прессы и общественных организаций. Если журналист попытается проникнуть в тюрьму, например, на Вятке (знаю по опыту), сначала заставят собрать кучу бумаг, а после объявят карантин по всем зонам. Зимой - грипп, летом - дизентерия... К тому же в наших тюрьмах, какое б начальство ни было, оно не в силах справиться с этим злом - видеонаблюдение, как мы уже выяснили, здесь недоступно в силу дороговизны, и от нехватки мест зеки спят буквально друг на друге в два, а то и в три яруса.

    - А в США, например, в подростковых колониях каждого арестанта запирают на ночь в маленькую, но отдельную камеру, - рассказали мне кураторы Колпинской колонии от Христианской благотворительной организации Любовь Ванкова, Людмила Кашпур - фонд «Добрый город» и их коллеги, которые недавно изучали в Америке всю эту систему. - Ну и видеокамеры в каждом углу само собой!
    Особенности национального воспитания

    «За высоким тюремным забором ты прошла, моя юная жизнь...»

    - Вам случалось воспитывать зеков? - спросил я начальника Колпинской воспитательной колонии Алексея Герасимова.

    - Приходилось, - честно сознался он, - и не только руками, но и ногами! Но это еще в те годы, когда я служил в архангельских лагерях. Ну и что? На другой день он протрезвеет и сам к тебе приползет, спасибо скажет за то, что вместо ШИЗО (штрафной изолятор) всего-то лишь тумаками отделался! ...Но здесь, в подростковой, никто никого не бьет, здесь убеждают исключительно словом!

    - Не сомневаюсь!

    Чем так страшен ШИЗО, что лучше уж сапогами по морде?

    Приведу отрывки из книги (которую не хотелось бы рекламировать), написанной группой бывалых и авторов:

    «ШИЗО дается до 15 суток. Продлеваться содержание в ШИЗО сейчас не может, но делают «непрерывку через постель». То есть одну ночь после ШИЗО тебе дают переспать в отряде, а утром снова тащат в ШИЗО. Там применяют пытки голодом и холодом. Правда, недавно отменили «пониженку» - пониженную норму питания, которая через день чередовалась водой и хлебом... Помещения ШИЗО могут не отапливать по своему произволу. В камере во время сильного мороза может не оказаться стекол. В таких ситуациях находчивые люди снимают с себя рубашку, мочатся на нее и растягивают по решетке. Когда мокрая рубаха схватится морозом, в камере становится не так холодно - меньше дует из окна. Зато начинает таять иней на стенах, и в камере становится сыро.

    Называются эти фокусы «прививанием чахотки». Иногда открыто перед строем зеков «хозяин» объявляет: «Непослушным - туберкулез». Это значит, что непослушные будут отправлены в ШИЗО. У нас, кстати, семьдесят процентов всех «тубиков» - зеки и бывшие зеки...».

    Что касается издевательств одних осужденных над другими, описанных в той же книге, то приводить их не будем по причине чрезмерной жестокости. Впрочем, всяк наш читатель и так хорошо знаком с данной темой по фильмам, по газетным статьям, смакующим тюремное насилие.
    Беспредел начинается с воли

    Если верить преподавателям Колпинской воспитательной колонии, то с приходом в нее начальником Алексея Герасимова - два года назад - издевательства здесь прекратились(!). «А раньше-то ой как бывало! Даже один из производственных мастеров насиловал пацанов!»

    Почему безобразия вдруг не стало? Я так и не понял. Ведь ночью все заключенные практически бесконтрольны и предоставлены сами себе. Закрытые от всякого наблюдения спальни, переполненные «отморозками» всяких мастей, - самое подходящее место для тюремного беспредела.

    Пишу я это вовсе не для того, чтобы заставить вас навсегда разлюбить родину, показать размер деградации нации. Я это к тому, что надо чего-то делать! Всякий пацан, который там посидит, пусть даже никем не тронутый, но посмотрит на подобное со стороны, он уж, не сомневайтесь, останется навсегда психическим инвалидом. Какой из него получится муж и отец - лучше не предрекать. А если учесть, что «сидячих» в России чуть ли не каждый десятый, то о каком психическом здоровье страны можно вести разговор?

    Впрочем, что удивляться тюремным нравам, когда у нас и на воле творятся зверства не менее лютые. Например, как поведали женщины из питерского фонда «Добрый город», одна перепившаяся мамаша, ранее не судимая, под действом белой горячки взяла своего трехлетнего сынишку и повела в лес, прихватив топор. Положила его голову на пенек... Благо, что ее старший девятилетний сын, заподозрив неладное, побежал к соседям. Те кинулись вслед и в последний момент помешали трагедии.

    Беспредел начинается с воли от бездействия социальных служб и милиции. А зачем тужиться? Демократия! Вот и тюремные офицеры (зачастую как и армейские), чтобы не напрягаться, отдают власть в лагерях «авторитетам» (в казармах - «дедам»). А уж те устанавливают порядки по своему дикому усмотрению. Более того, если верить многим источникам, то менты сами порой используют факт насилия для выбивания показаний в так называемых пресс-хатах (не путать с редакциями газет!). Возьмем ту же книгу - источник тюремных знаний.

    «Пресс-хата - это камера, в которую сажают подследственного, чтобы добиться от него нужных показаний. ... Там его обрабатывают «шерстяные» - зеки, приговоренные за свои дела преступным или лагерным миром к смерти или опусканию. Этим людям терять уже нечего. Они любое требование администрации выполнят, лишь бы их к правильным арестантам не перевели, и согласны сидеть в пресс-хате до конца срока. За это они и выколачивают признания из подследственных либо опускают тех, кого к ним посадят для этого менты».

    К слову сказать, ни у Варлама Шаламова, ни у Льва Разгона я подобного не читал. Видно, нынешние зеки должны позавидовать сталинским? Сколько в этом писании правды, а сколько от лагерного фольклора - сказать не берусь. Но покуда российские тюрьмы будут закрыты от общественного контроля, будет там процветать и насилие и будут слагаться жуткие сказы на тюремную тему.

    В системе исполнения наказаний нет денег, чтобы хотя бы на малолетке установить видеокамеры для слежки за поведением осужденных. «Это ж не окупаемый телепроект, типа «За стеклом», - заявили нам в предыдущей статье. Хотя я не сомневаюсь - покажи тюрьму населению в круглосуточном режиме, этот проект побьет все телерейтинги, вместе взятые. Демократы, конечно, скажут: нарушение прав человека! А насилие, избиения и прочий беспредел с правами человека сочетаются как-то логичнее? Большинство бы самих заключенных предпочли, чтобы за ними без конца наблюдали, дабы избежать зверства.

    И с такими раздумьями отправился я в известные питерские «Кресты»...
    Часть третья
    В туалетах здесь сидят годами

    Город Вятские Поляны. Никто здесь пьяных не обидит, поскольку камера все видит!

    Заместитель начальника следственного изолятора петербургской тюрьмы «Кресты» Виктор Скороход встретил меня как-то не очень восторженно, но, следуя указанию свыше, повел под лязг многочисленных тюремных запоров в подростковое отделение.

    - Вам общаться с подследственными нельзя! - упредил он хмуро.

    Еще бы не хмуриться заму начальника СИЗО при зарплате в 10 000 рублей со всеми надбавками! А потому строго спрашивать с тюремных начальников и тем паче с их подчиненных нам тоже как-то неловко...

    В конце длинного коридора следственного изолятора в отделении для подростков стояла срубленная елка. Из одной камеры вывели толпу подследственных, чтобы показать мне их помещение, только что тщательно вымытое. И узники - руки за спину - пошли печальным хороводом вокруг новогодней елочки.

    В тесной, провонявшей табаком и сортиром камере сразу бросаются в глаза унитаз с рукомойником, койки в три яруса, стол с посудой, маленький телевизор. Это даже не камера, а общественный туалет, в котором устроили и столовую, и спальню, чтобы, наверное, указать на недочеловеческую сущность тут пребывающих. Уже через десять секунд здесь я почуял острое желание чего-то сломать, порвать, кого-то пнуть. Атмосфера, однако! И как они тут выдерживают? Иные сидят годами в ожидании суда. В данном клозете, например, некто Артур Г. живет уже третий год... Следствие не может решить - виновен парень или же нет?

    На вопрос о насилии здешние воспитатели и психологи твердят однозначно: «У нас такого не может быть!» Хотя признают, что униженные имеются, но они якобы уж попали сюда такие.

    Условия для издевательств в изоляторе еще более располагающие, чем в воспитательной колонии. В колонии хотя б днем арестанты под каким-то контролем. В изоляторе они почти круглосуточно в камерах, далеко от поста дежурного. На ночь коридор опять же перекрывается решетками, и что происходит в камерах, никто не знает.

    - Если будут кого-то бить и прочее, он закричит, дежурный услышит, - вешают неопытному репортеру все ту же лапшу на уши, что и в колонии. Но в герметичных «Крестах», уж поверьте на слово, если даже жертве позволят кричать, ее никто не услышит. Отсюда вывод: российские тюрьмы - сущая радость для активных гомосексуалистов. А последних, к нашему удивлению, в стране развелось очень даже немало. Не знаю, с чем это связано - с экологией, грузинским вином, неверной политикой государства или низким качеством наших женщин, телевизор опять же, где мужчины все более женственны, а дамы мужеподобны?.. Но это факт. Расскажу один случай. В позапрошлом году в провинциальнейшем городке Вятские Поляны случилось мне познакомиться с одной романтичной барышней - начальницей мужского медвытрезвителя, старшим лейтенантом Алевтиной Таштаналиевой. (...Нет, я был совершенно трезв, она тоже.) И рассказала мне Алевтина Васильевна, что, заступивши на этот пост, столкнулась с таким неприятным для ней явлением, как мужеложство. Оказывается, даже в такой российской глубинке сие процветает махровым цветом. Иные активные специально косят под пьяных, чтобы попасть в «трезвяк» и прилечь на ночь к настоящим бесчувственным клиентам. Возмущенная Алевтина Васильевна обратилась к предпринимателям, и те безоговорочно помогли оборудовать вытрезвитель видеокамерами во всех спальнях для собственной же безопасности и безопасности своих близких. Честь, как нас учат, дороже денег!
    Насилие выгодно тюремным властям?
    Знаменитые питерские «Кресты» - печальны с виду и просты.

    А вот в том же городе Санкт-Петербурге нету, видите ль, средств для снабжения тюрем системой видео! Или то выгодно самим тюремщикам, чтобы вершить произвол, если верить тюремным сказам?

    Что касается прочих небылиц и легенд, порожденных закрытостью системы, то приведу вымысел одной из работниц, с которой свели меня люди из общественных организаций. «Если систему сделать открытой, доступной для наблюдения, все уволятся, потому как трудно будет брать взятки. А зарплата у тюремщиков мизерная. Даже у начальства. Потому за взятки здесь можно все: малявы, водку, наркотики, перевод на «больничку», можно даже оформить фиктивный рак в четвертой стадии с немедленным освобождением... Недавно в одной детской тюрьме комиссия выявила недостачу в 4 миллиона рублей, так начальник в тот же день эту сумму покрыл из якобы своего кармана! ...Часть взяток передается снизу наверх, на том и система держится».

    Да уж! Чего только люди со зла не придумают!

    «Утром щелкнет замок, вертухай позовет,

    И тихонечко так сквозь решетку:

    «Магарыч с тебя, зек, мол, амнистия ждет».

    Значит, надо ментам дать на водку», - из творчества «крестовских» арестантов.
    Они могли бы заменить таджиков

    Собственно говоря, процентов 70 - 80 подростков, что отбывают ныне срока за решеткой, можно было бы в тюрьму не сажать, но в то же время не избавляя их от наказания. Судите сами: простой питерский (московский, тверской) пэтэушник, отнюдь не лидер, ведомый компанией, попался на пьяной драке и грабеже: 3 - 4 года колонии... Человеком оттуда, понятно, уж не вернется (читайте выше).

    (За убийство генерала Гамова и за увечья его жены, кстати сказать, суд вынес

    Тесен он - тюремный мир: здесь стол, и спальня, и сортир.

    преступникам также 4 года!)

    Тесен он - тюремный мир: здесь стол, и спальня, и сортир.

    Но почему бы не дать пэтэушнику - хулигану или воришке - шанс: по приговору суда те же 4 года, не отрываясь от мамки, но ежедневно отмечаясь в милиции, мести и чистить участок улицы Ленина где-то рядом с прокуратурой? А будет плохо работать, тогда уже, извини, - тюрьма! Ну почему у нас здоровые подростки сидят без дела, подвергаясь насилию и болезням, а улицы и сортиры чистят таджики?

    - Все правильно говорите, - объяснил мне специалист по данным вопросам Канаян Ваган Ахиллесович, - закон позволяет судье наказать подростка вместо лишения свободы обязательными работами, но... нет предложений со стороны работодателей! Судья не может обязать ДЕЗ, муниципалитет принять наказанного на уборку дворов, например...

    Так вот отчего нам проще гноить их по тюрьмам, чем дать им возможность взяться за ум! Искупить, так сказать, полезным трудом свои вредные деяния.

    - В этом плане закон надобно совершенствовать, - добавляет мой собеседник.

    Оно бы и так, только законы-то совершенствовать некому. Депутаты, как ни посмотришь, все больше на разных телешоу...

    Ваган Канаян, бывший театральный режиссер, возглавляет с 2000 года единственную в России службу с корявым названием «ГУ» - Городской центр профилактики безнадзорности и наркозависимости н/л «Контакт»», но с добрыми начинаниями - максимально отвести малолетних правонарушителей от тюрьмы. В подчинении у Вагана Ахиллесовича порядка двухсот сердобольных и в большинстве своем незамужних женщин, которые покрывают треть Петербурга и нянчатся с трудными подростками опять же по западному образцу и подобию.

    Например, Сережа пятнадцати лет - тихий, успешный девятиклассник - интересуется географией, ледниками земли, английским. Обвиняется за попытку убийства родного отца. Сережины родители изначально - по словам благочестивой и трезвой соседки Рэммы Александровны - светлые, добрые и трудящиеся люди, 1964 - 1965 годов рождения. В советские времена увлекались чтением незапрещенной литературы, трудились на приусадебном участке и ездили всей семьей на рыбалку. Но... - перестройка! Разврат! Телевизор! Родители запили. Однажды во время скандала, когда пьяный отец пытался задушить пьяную мать, Сережа схватил кухонный нож, исколол отца в спину, еле спасли.

    - Я б на его месте поступил точно так же! - сказал протрезвевший и оклемавшийся папаня. - Мне, дураку, так и надо!

    Однако парню грозит немалый срок. Статья-то нешуточная!

    В другом городе Сережа давно б уж сидел в закрытом общественном туалете, но здесь, в Петербурге, вышеозначенный центр взял его до суда на поруки. Задача сотрудников - доказать судье, что парень не опасен для общества и наказать его надо, не лишая свободы.
    «Зато мы делаем ракеты...»

    Европейцы, особенно шведы, финны, - спецы по трудным подросткам, без конца наезжают в Санкт-Петербург в попытках хоть что-то у нас исправить. Соседство с трудной страной не дает им покоя за собственную безопасность. Недавно в центр «Контакт» прибыл шведский специалист, сорокалетний блондин и красавец Трюгве. Собрал здешних барышень, облачившихся в лучшие одеяния по этому поводу, и, поразивши всех джентльменской честностью, пронес по рядам первым делом фото своей жены. Отчего стало ясно, что в Швеции все без обмана. А уж после рассказывал слегка загрустившей дамской общественности о шведском опыте.

    - Основная преступность в Швеции исходит от семей эмигрантов, - пояснил Трюгве, не уточняя этноса оных, - и правительство не жалеет средств на работу по этой линии. У нас с каждым трудным подростком работают три специалиста. Один спортивный мужчина до тридцати лет занимается непосредственно с парнем. Второй, постарше, работает с его родителями. Третий, более опытный, является начальником над двумя первыми. ...Каждый день расписан по плану: подъем в одно и то же время. Поход в школу. После футбол, хоккей, бассейн, зоопарк... и подросток к концу дня умается так, что ему не до глупостей! ...Если ребенок спит до полудня, это уже потенциальный преступник, потому как его потянет к ночным приключениям... Да, это затратно, но дешевле, чем потом хоронить или лечить людей, ставших жертвами уличных претуплений...

    Снимаю шляпу пред шведским правительством, которое не жалеет денег для безопасности своих граждан. У нас же доселе считается, что главную опасность для россиянина представляет НАТО, и потому мы тратим деньги на производство ракет. На деле же вероятность налета на вашу семью натовской армии практически равна нулю, а вот вероятность нападения пьяных, жестоких недорослей на вас и на ваших близких чудовищно велика и продолжает расти. Потери гибнущих от уличной преступности россиян сопоставимы с войной, в которой российская власть терпит все большие поражения. Все логично - подрастающее поколение мстит стране за «достойное» воспитание.

    Коли нету в России ни денег, ни умов для работы с трудными пацанами, если за кражу, например мотоцикла, их надобно отправлять на зверские издевательства, а после ждать мести с их стороны, то, может, гуманнее их расстреливать? Гуманнее и для них, и для нас! Иль еще вариант - этапировать молодых преступников прямиком в европейские тюрьмы. Должно быть, тамошние власти и на это пойдут, размышляя в отличие от нас о будущем человечества. Россия все больше превращается в ту страну, которую по правилам совести и морали уже пора лишать материнства...